124. (baxma: иосиф бродский )
я всегда твердил, что судьба - игра.
что зачем нам рыба, раз есть икра.
что готический стиль победит, как школа,
как способность торчать, избежав укола.
я сижу у окна. за окном осина.
я любил немногих. однако - сильно.

я считал, что лес - только часть полена.
что зачем вся дева, раз есть колено.
что, устав от поднятой веком пыли,
русский глаз отдохнет на эстонском шпиле.
я сижу у окна. я помыл посуду.
я был счастлив здесь, и уже не буду.

я писал, что в лампочке - ужас пола.
что любовь, как акт, лишена глагола.
что не знал эвклид, что, сходя на конус,
вещь обретает не ноль, но хронос.
я сижу у окна. вспоминаю юность.
улыбнусь порою, порой отплюнусь.

я сказал, что лист разрушает почку.
и что семя, упавши в дурную почву,
не дает побега; что луг с поляной
есть пример рукоблудья, в природе данный.
я сижу у окна, обхватив колени,
в обществе собственной грузной тени.

моя песня была лишена мотива,
но зато ее хором не спеть.
не диво, что в награду мне за такие речи
своих ног никто не кладет на плечи.
я сижу у окна в темноте; как скорый,
море гремит за волнистой шторой.

гражданин второсортной эпохи, гордо
признаю я товаром второго сорта
свои лучшие мысли и дням грядущим
я дарю их как опыт борьбы с удушьем.
я сижу в темноте. и она не хуже
в комнате,
чем темнота снаружи.